СТИХИ ИЗ ПЕСКА
Погода
13.0°C
Дымка
Брест
12.2°C
Без особых явлений
Витебск
14.9°C
Без особых явлений
Гомель
13.6°C
Туман
Гродно
13.5°C
Без особых явлений
Минск
13.3°C
Без особых явлений
Могилёв
ИСТОРИЯ В КАРТИНАХ
РУССКИЙ ЯЗЫК НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ
Сейчас смотрят
Одно из самых эпатажных белорусских литературных объединений возникло в 1994 году под названием «Бум-бам-лит».Оно объединило молодых литераторов постмодернистов, которые стремились привлекать внимание окружающих
Бум-бам-лит
Несвиж –– древний город легенд и непревзойденной архитектуры. Он расположен в Минской области Беларуси на реке Уша. Археологические раскопки, проведенные в этих местах, свидетельствуют об истории города, начавшейся не ранее XV столетия.
Несвиж
Пятрусь (Пётр Усцінавіч) Броўка (1905–1980) — беларускі грамадскі дзеяч, пісьменнік, паэт і перакладчык. Акадэмік АН БССР. Вядомы пад псеўданімамі Дзед Тарас, Дзядок Аўлас, Андрэй Прыгода і інш. У відэа — кароткая біяграфія і верш аб самым ветлівым слове. У відэа — кароткія звесткі пра творцу і ўрывак з яго твору праз вобразы на пяску.
Пятрусь Броўка
Баранина — мясо овец и баранов. Мясо животных до 4 месяцев называют ягнятиной, старше – бараниной. Тушу обычно разрубают на спинно-лопаточную и заднюю части, шею, грудинку, пашину, зарез, рульку и голяшку.
Полезные свойства баранины
На нынешнем этапе развития отношений между Республикой Беларусь и Венесуэлой особое внимание уделяется ускорению динамики стратегического партнерства в сфере экономики, особенно — в строительном секторе.
Беларусь-Венесуэла: сотрудничество в сфере строительства
Изображения фиников встречаются в настенных росписях древнеегипетских гробниц, а в Древнем Вавилоне из этих плодов готовили вино и уксус. Вяленые, сушеные и свежие финики богаты минеральными веществами и сахаром. Они были излюбленной пищей бедуинов.
Финики — против рака, анемии и гипертонии
Программа ТВ

Симбиоз взглядов: кино и телевидение

Симбиоз взглядов: кино и телевидение

Автор статьи выбрал книги, которые рекомендует читать тем, кто всерьез увлечен киноисскуством.

Это новейшая литература, которая освещает, с одной стороны, теоретический базис, с другой, - практическую значимость  и способы применения зрителем знаний о восприятии киноискусства и медиа на практике; в третьих, - влияние экрана на потребителя.

Автор разбил ее  на три группы:

1. – Теория экранного образа;

2. – Психология восприятия экрана;

3. – Воздействие экрана на зрителя.

Теория экранного образа получила разработку в монографиях С. Фрейлиха, Н. Хренова, Г. Пондопуло и М. Ростоцкой.

Фрейлих С.  'Теория кино: От Эйзенштейна до Тарковского» [1] автор — известный теоретик и историк киноискусства — излагает свою концепцию кино как искусства XX века; оценивает его роль в духовной жизни современного человека. Границы исследования достаточно широки: от классического кино до современного. В сфере внимания автора оказываются проблемы взаимоотношения кино и телевидения, «высокие» и «низкие» жанры, современный стиль в кино, метод кино и его отличия от метода театра, литературы, живописи и музыки. В книге «Кино: реабилитация архетипической реальности» Н. Хренова [2] феномен кино рассматривается в контексте общей визуализации культуры XX века, которая проявляет себя не только привычными кинематографическими  телевизионными формами, но и видео, Интернетом. Книга Н. Хренова написана в поле проблематики искусствоведения и исследования культурных традиций XX века, социальной психологии искусства, ее теории, истории и методологии. Она является продолжением труда автора в этой области, чьи границы он расширил, включив в поле своих научных интересов феномен кино как отражение физической реальности человеком в архетепических структурах.

Н. Хренов, вопреки сложившемуся мнению о том, что кино было и есть только продукт потребности человека в отражении его физической реальности, обоснованно предлагает точку зрения, согласно которой кино воспроизводит не столько физическую, сколько архетипическую реальность социокультурной среды.

Для того, чтобы доказать свою теорию, Н. Хренов не просто выступает в полемику с З. Кракауэром, который придерживается позиции отражения существующей реальности, он исследует и обосновывает фундаменталь­ную концепцию П. Сорокина, о цикличности в развитии культур: их развитие состоит именно в чередовании эпох: чувственной и идеациональной. Автор опирается также на методологические наработки К. Юнга, а также на идеи С. Эйзенштейна.

Практическая часть исследования Н. Хренова представлена изучением эстетических явлений, которые могут проиллюстрировать архаичность или архетипичность мышления создателей визуальных продуктов. Таковыми называются артистический балаган, а также цирк, построеные по программному признаку, имеют сюжет. Примерами раздвоенности между чувственной и идеациональной традицией является творчество С. Эйзенштейна, Г. Козинцева и А. Тарковского. Большое внимание уделяется исследованиям примеров архетипичности мышления в эпохе модерн.

Отталкиваясь от таких примеров, прослеживая сходство в структуре визуальных продуктов, (а именно сюжетность, один из основных принципов литературоцентристской эпохи), Н. Хренов определяет программность произведений киноискусства как наследие зрелищных архаичных структур. Автор указывает также на оппозиционность литературных и зрелищных пластов культур как на доказательство архаичности сюжетных визуальных продуктов.

Книга Н. Хренова «Кино: реабилитация архитипической реальности» предназначена для искусствоведов, культурологов, теоретиков и исследователей киноискусства, а также для студентов факультетов искусств и медиа.

В книге Г. Пондопуло и М.Ростоцкая «Новые искусства и современная культура. Фотография и кино» [8] изучаются эстетические концепции киноискусства, эволюция западных и отечественных теоретических и методологических подходов к фотографии и кино как феномену культуры. Поле проблематики, в границах которой написана книга, охватывает собой вопросы кризиса современной культуры и искусства, положение Авторов как личностей, создающих культурный текст, и возможность положительной диалектики культуры.

Авторы рассматривают фотографию и кино как искусства, тесно связанные с научно-техническим достижениями, развитие которых определяет способы выражения визуального искусства. Обусловлено проблематикой современности, искусство представляется новым видом социального взаимодействия людей в условиях давлеющей, по мнению авторов, техногенности современной цивилизации, когда духовное и моральное развитие угрожает стать второстепенным. В качестве противопоставления давлению действительности, кино сможет развиваться как способ самовыражения личности, когда личность будет бесконечно расширять границы своего существования, создавая собственный мир, с собственными способами видения и познания бытия. Пристальное внимание Г. Пондопуло и М. Ростоцкая уделяют способности искусства к пробуждению и подержанию развития личностного начала в человеке, который может саморазвиваться через свободное творчество. В книге применяется критический анализ кино как факта культуры, условием появления и восприятия которого становится та или иная социокультурная среда автора и зрителей.

Теоретическая база изучения киноискусства в книге Г. Пондопуло и М.Ростоцкая «Новые искусства и современная культура. Фотография и кино»  обширна, она включает в себя анализ отечественного кинематографа (от Вертова до Тарков­ского), и предназначена для доказательства превращения кино из подчиненного иделогического инструмента  в инструмент, создающий идеологию в целом и образ жизни, в частности.

Новизна исследования культурного дискурса киноискусства, обширность теоретической базы, непредвзятость исследования, которое имеет своими истоками соотнесение визуального продукта и его социокульутрной среды как условия появления и толкования последнего, характеризует книгу Г. Пондопуло и М.Ростоцкой «Новые искусства и современная культура. Фотография и кино» как труд, направленный на преодоление стереотипных методологических подходов к киноискусству. Необходимо отметить легкость и доступность языка книги и подробное толкование терминов и теоретических положений.

 

2. Новые аспекты восприятия зрителем кино и телевидения исследованы в книгах Ж. Делёза, В. Колотаева, М. Ямпольского

Книга Жиля Делёза «Кино» [3] повествует о человеческом восприятии непсихологического, неиндивидуализированного плана, об имманентном восприятии действительности, о процессе становления восприятия сознающего субъекта субъектом восприятия. Поле проблематики, в рамках которого написан данный текст, находится в сфере структурализма и постмодернисткого подхода к изучению взаимосвязи знаков и образов и не имеет, казалось бы, прямого отношения к теории кино или культурологии. Вместе с тем в книге «Кино» рассматривается пример изменения статуса «реальности» мира и в мире, в котором присутствует кинематограф как отражение реальности. Ж. Делёз прослеживает исторические аспекты, связанные с развитием технологии, с от­крытием крупного плана, монтажа, звука, цвета, их функции, описывает школу, стилевую специфику того или иного режиссера, характеристики фильмов для того, чтобы обозначить пространство изменяющейся образности, в котором кинематограф не существует сам по себе, но является еще одним способом саморефлексии субъекта.

Само понятие «реальность» полагается не перманентной структурой превилегированных образов, а набором знаков, чьим автором является мыслящий, имеющий сознание, субъект, который воспроизводит  в кино знаки окружающей его реальности. В случае понимания реальности как  положения вещей, которое видится субъекту, кино таким образом само по себе становится поставщиком знаков-дубликатов, подтверждающих наличие неко­торой реальности. Это фактически та же «реальность», которой подражает ис­кусство. Автор обращает свое внимание на интер­претацию образа-движения именно как образа, исчерпывающего возможнос­ти языка повествования, и на интерпретацию образа-времени как исчерпывающего возможнос­ти образа-движения. Само кино видится автору книги (при рассмотрении отношении между образами между образами и знаками)  как обратная сторона теории о самом «кино», принадлежащим той же сфере, виртуальной образности.

В качество методологии данное исследование используется не только как собственная методика Делёза, которую он разрабатывал в контексте структурализма и постмодернизма, но также как развитие способов классификации образов и знаков американского логика Пирса (1839— 1914).

Данное издание информативно не только для исследователей, которые стремятся изучить методологию структурализма, но и для теоретиков кино, для которых структуралистский подход в изучении кино будет полезен.

Вслед за способом видения и качеством предмета искусства следует выделить основополагающую проблему зрительного восприятия, представленную в книге Владимира Колотаева «Под покровом взгляда» [5], а именно  проблему понимания и перевода увиденного на рациональный язык.

В книге Владимира Колотаева «Под покровом взгляда» автор изучает с точки зрения офтольмологии проблему зрительного восприятия человеком окружающей его эстетической действительности как поэтической реальности. Он рассматривает оптическую симптоматику в метафизическом аспекте, используя для описания этого явления термины и понятия офтальмологии. Тем самым он словно проводит параллель между реальными патологиями зрения и неограниченными возможностями человека в восприятии объекта. С точки зрения автора, эстетическая вещь оказывает сильное воздействие  на эмоции человека непосредственно через расстройство зрительных органов. Таким образом, в процессе морального сопереживания неразрывно связаны как зрение человека, так и его чувственная сторона души. На основе этой идеи автором проводится аналитическое исследование языка поэтической реальности режиссёров П. Гринуэя, М. Антониони, А. Сокурова.

Книга Владимира Колотаева «Под покровом взгляда»  описывает два принципиально различных способа видения. Согласно первому, суть эстетической вещи можно постичь, лишь охватив зрением ее целостность. Второй способ строится на детальном рассмотрении всех составляющих, выявлении закономерности связей между ними, на основе которых и строится понятие сущности предмета искусства.

Автор книги приходит к выводу, что на зрительное восприятие человека оказывает влияние не только его способ видения, но и качества самого предмета, который может этот способ изменять. Автор развивает тезис, что произведение искусства, которое постигается с помощью зрительных органов, представляет собой определенный набор отдельных деталей, совмещенных художником особым, лишь ему присущим, методом. Причем изменение способа видения в процессе постижения объекта напрямую связано с переходом человека из одного эмоционального состояния в другое.

Стержневым моментом в книге В. Колотаева «Под покровом взгляда» является анализ системы видения П.А. Флоренского и понятия визуальности М. Антониони. Автор контрастно противопоставляет четко отлаженную оптико-механическую систему, дающую объективное отражение действительности только при условии исчезновения участия субъекта, и визуальность, которая построена на субъективном восприятии окружающей действительности.

В книге М. Ямпольского «О близком (Очерки немиметического зрения)» [4] рассматривается восприятие визуальных продуктов в процессе их нахождения в аномальных, непривычных зрительных ситуациях, когда обычная для наблюдения дистанция нарушается и наблюдающий и объект вступают во взаимоотношения близости – полного, неразличимого совмещения первого и второго. Проблематика, в границах которой написан труд, охватывает собой не только культурологию и визуальные исследования, но и физиологию, строение глаз как аппарата восприятия зрительных образов.

Автор, как теоретик искусства и культуры, обращает свое внимание на визуальность искусства в европейской культуре XIX—XX ве­ков, его интересует в особенности Новое Время. Визуальность имеет своим фундаментальным принципом дистанциированности наблюдателя от объекта как при панорамном зрении, так и при детальном изучении объекта. Европейские исследования традиционно подходит к «близкому», которому противостоит непрео­долимое самодистанциирование.

Как понятие миметического отношения, дистанциированность, опирается на строение глаза, который в состоянии воспринять объект только на расстоянии. В противоположность миметизму (Миметизм - форма мимикрии; сходство внешнего вида или поведения нехищного, неядовитого или съедобного животного одного вида с хищным, ядовитым, несъедобным или защищенным иным образом видом других животных) автор обращается к мимикрии (Мимикрия - способность некоторых растений и животных с помощью формы и окраски маскироваться под окружающую среду) (попытка отождествления себя с объектом, перенимании черт), описывая воспроизведение микроскопических процессов (при объемном восприятии плоских фигур, при отделении цвета от контура, при зеркальном удвоении субъекта, при словесном воссоздании телесных соприкосновений - последнее свойственно литературе).

Исследование изменения расстояний для наблюдения как факты культуры в практической части книги М. Ямпольского «О близком (Очерки немиметического зрения)» проводятся на богатом фактическом материале - теориях Канта и Гуссерля, рисунках С. Эйзенштейна, кинофильмах А. Сокурова, книгах Эдгара По, Пруста и На­бокова, стихах А. Драгомошенко. При этом М. Ямпольский сознательно остается именно в рамках зрения, которое и позволяет создавать и воспринимать визуальный продукт. Изучение зрительного восприятия без самодистанциирования от объекта и составляет новизну и оригинальность работы М. Ямпольского «О близком (Очерки немиметического зрения)».

Богатый фактический и теоретический материал, подробное толкование теоретических подходов и терминов, освещение альтернативных точек зрения на дистанцию и «близкое» делает книгу М. Ямпольского «О близком (Очерки немиметического зрения)» полезной для специалистов по искусствоведению и теории культуры,  визуальных исследователей, культурологов, студентов факультетов искусств, медиа и культурных исследований.

 

3.Воздействие кино на аудиторию рассмотрено в книгах о жертвах «экрана» и о жанрах фантастики.

В книге Д. Лемиш «Жертвы экрана» [7] подробно освещается вопрос взаимодействия разнообразной детской аудитории и телевидения с глобальной точки зрения. Она не только представляет собой критический анализ литературы о взаимосвязях детского восприятия и телевидения, написанной во вторую половину XX в, но также содержит практическую исследовательскую часть – о воздействии экрана на детскую и юношескую аудиторию.

Научная и практическая проблематика, в поле которой написан данный труд, не только представляет собой культурологические или феминистские исследования, как указывает Д. Лемиш, но также является и полем теории медиа, социологии, психологии и педагогики. Труд намеренно был создан в междисциплинарном ключе, чтобы оказаться полезным не только теоретикам, но и практикам: в контролировании производства медиапродуктов, потребителями которых являются и дети. В книге исследуются коррекция детского восприятия медиа, а также нахождение причин проблем детской психики. Д. Лемиш  рассматривает, по существу, три глобальных вопроса: реальность и масштабность взаимодействия детей и телевидения, воздействия на них, степень важности телевидения в эпоху медиаконвергенции и саму актуальность исследования именно детской аудитории. Как указывает Д. Лемиш, воздействие телевидения глобально, так как во всех точках земного шара, дети, независимо от возраста, расы, пола и вероисповедания, разнообразия их социальных условий жизни, смотрят телевизор, и телевидение становится все более ощутимым агентом социализации детского и подросткового возраста.

Данная книга создана Д. Лемиш, работающей в поле феминистских исследований, что предполагает повышенное внимание к поддержанию социального, полового и религиозного равенства не только по отношению к группам испытуемых, но и между интервьюерами и респондентами. Также в качестве положительных особенностей книги можно отметить, что Д. Лемиш постаралась объединить между собой две научно-исследовательские традиции – американскую психологию индивидуального развития и количественные методы исследования, и европейскую традицию социо­логии детства, которую дополняют также культурологические исследования, центральными вопросами которых являются проблемы социальных и культурных отличий.

Новизна объединения двух научных направлений, большая, разнообразная социологическая выборка для исследований, доходчивый, не перегруженный терминами, язык, подробные пояснения делают книгу полезной не только теоретикам медиа, педагогам, психологам, социологам и работникам визуальных медиа, но и студентам факультетов медиа, визуальных и культурных исследований, а также педагогам и родителям.

Книга (сборник статей) под научной редакцией Н. Самутиной «Фантастическое кино. Эпизод первый» [6] представляет собой уникальное научное издание — сборник научных статей, посвященных фантастике в кинематографе. Сборник непосредственно объединил в себе два различных научных подхода, две научные школы – западную и отечественную. Англоязычные авторы представлены Ф. Джеймисоном, В. Собчак, Б. Крид, С. Бьюкатманом, Б. Лэндоном, российское научное поле отражено работами философов, социологов, культурологов В. Подороги, С. Зенкина, О. Аронсона, А. Филиппова.

В фокусе авторов оказываются сходство и различие «фантастической» литературы и кино,  фантастики и horror films, идеологическая составляющая кино, виды и способы репрезентации окружающей реальности, проблема использования технических новинок в кино, спецэффектов. Отдельно обсуждается феномен цифрового кино и способы его представления зрителю, а также методология критики и анализа фантастических фильмов.

Проблематика, в поле которой составлен сборник, относится к cinema studies, теории киноискусства, при этом междисциплинарность данного поля может также быть отмечена пересечением с культурологией, media studies, визуальными и культурными исследованиями, что делает издание полезным в разных сферах научного знания,  в случае их концентрации на визуальных продуктах творчества.

Сборник представляет собой группу статей, посвященных исследованию кино как культурной практики современности и аудиовизуального языка. Кино как феномен изучается в полях семиотики, социо­логии, психоанализа, культурной критики, философских подходов. Такой сложные междисциплинарный подход позволяет понять фантастическое кино как отражение современности, поднять животрепещущие эстетические, этические и политические вопросы. Этот вид кино, как максимально использующий технические достижения современности, которые пригодны для кинематографа, чтобы сконструировать необходимую по сюжету реальность, приобретает метарефлексивный характер, что позволяет исследователю понять, как развивается и как будет развиваться кино в техническом плане, а также, каким именно образом оно будет использовать технические средства, чтобы репрезентировать реальность, социокультурную среду, и где могут располагаться возможные границы подобной «фантастики», которая отражает способ видения автора и его желания.

Данное пособие уникально, так многие западные тексты публикуются впервые, а благодаря богатому теоретическому и современному популярному фактическому материалу будет полезно не только специалистам в области cinema studies, культурологам, семиотикам и социологам, но также студентам специальностей медиа и визуальных исследований, аспирантам и исследователям в подготовки дипломных работ, диссертаций и научных статей, а также широкому кругу читателей, интересующимся вопросами фантастического кино и его способов репрезентации социокультурной среды и окружающей действительности.

Новейшая литература в области теоретического изучения экранных искусств показывает возможности традиционного киноведения расширить поле научных исследований путём недисциплинарных подходов, что обобщает гуманитарную науку.

 

Литература

1.     Фрейлих С.И. Теория кино: От Эзенштейна до Тарковского: Учебник для вузов. – 5-е изд. – М.:Академический проект; Трикста, 2008. – 512с.

2.     Хренов Н.А. Кино: реабилитация архетипической реальности., - М.: Аграф, 2006. – 704с.

3.     Делёз Ж. Кино / Пер. с франц. Б. Скуратова. М.: Ад Маргинем, 2004. – 620с.

4.     Ямпольский М. О близком (Очерки немимического зрения). – М.: Новое литературное издание, 2001. – 240с.

5.     Колотаев В.А. Под покровом взгляда. Офтальмологическая поэтика кино и литературы., М.: Аграф, 2003. – 476с.

6.     Фантастическое кино. Эпизод первый: Сборник статей / Составитель и научный редактор Наталья Самутина. – М.: Новое литературное обозрение, 2006. – 408с.

7.     Лемиш Д. Жертвы экрана. Влияние телевидения на развитие детей / Пер.с англ. С.Д. Грековой. М.: Поколение, 2007. – 304с.

8.     Пондопуло Г.П., Ростоцкая М.А. Новые искусства и современная культура. Фотография и кино. – М.: ВГИК, 1997 – 233с.

3D ЭКСКУРСИИ
КЛИПЫ
СОЦИАЛЬНАЯ РЕКЛАМА
Видеопрезентация
МНЕНИЕ
ВОПРОС-ОТВЕТ