СТИХИ ИЗ ПЕСКА
Погода
26.5°C
Без особых явлений
Брест
23.1°C
Без особых явлений
Витебск
22.4°C
Без особых явлений
Гомель
23.9°C
Без особых явлений
Гродно
22.5°C
Ливневый дождь
Минск
20.1°C
Без особых явлений
Могилёв
ИСТОРИЯ В КАРТИНАХ
РУССКИЙ ЯЗЫК НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ
Сейчас смотрят
Распространение христианства на западнорусских землях Древней Руси началось задолго до ее Крещения в 998 году.
История Белорусской Православной Церкви
DeShawn a.k.a Je — белорусский исполнитель, битмейкер.
Битмейкер DeShawn
В 2013 году в Минске станет на почти 9 тысяч дополнительных парковочных мест больше.
Парковки Минска
Инкубатор малого предпринимательства ООО Правовая группа «Закон и Порядок» — единственный инкубатор на территории Витебской области.
Инкубатор «Закон и Порядок»
Нидерландские благотворительные неправительственные организации являются одними из наиболее активных иностранных НПО, оказывающих Беларуси помощь в преодолении последствий чернобыльской катастрофы.
Гуманитарное сотрудничество
Заданне:
Пераклад слоў
Программа ТВ

Глава 1. Med Guds hjälp. Шведский трон на русский престол

Глава 1. Med Guds hjälp. Шведский трон на русский престол

Северная война. Из цикла рассказов Алексея Лиса «Белорусские «овраги» на бумаге шведского Александра Македонского».

Исходное положение Карла перед вторжением.

Допустим, еще не окрепшие в походах полки Петра можно было бы разбить где-нибудь под Минском или Могилевом, после чего пала бы Москва – и царь согласился бы на мир. Что же дальше? Неужели принудить к миру монарха московитов было главной целью Карла XII? Россия, маховик реформ в которой уже вовсю закрутился, наверняка воспрянет вновь (Петр попросту не смирился бы с поражением). И воевать придется опять, едва устроив отобранную по виртуальному будущему мирному договору Ингрию с Прибалтикой.

Увы, но для русских трепкой дело бы не ограничилось: Карл шел не за новой Нарвой – он явно хотел не просто унизить, сколько уничтожить московитскую государственность, оставив от нарождающейся империи (а она будет провозглашена всего через каких-то 17 лет) груду «обломков». Удельных княжеств, если точнее. А уж бояр древних родов, будущих упивающихся междоусобиями  царьков, недовольных западническим поведением Петра, на Руси сыскалось бы сколько угодно. Кстати, тут нужно дать Карлу должное: он не первый, кто высказывал мысли о раздроблении Русского царства, это было органичное желание всех европейских стран, зарившихся на гегемонию в Европе. Об этом говорили и французские короли, и монархи Речи Посполитой (даже чуть не преуспели в этом в Смутное время).

За новоявленного Ахиллеса было важное обстоятельство: с выводом из «игры» Дании и Речи Посполитой (и Саксонии заодно), с получением преференции в виде молчаливого согласия Австрии на развязывание шведских рук (самодержец этой страны был рад-радехонек откупиться от Карла согласием не трогать лютеран своих владений), юный монарх становился полновластным хозяином в центральной и восточной Европе. Таким образом, тыл был устроен – и довольно прочно: Лещинский пока держал покорную Речь в кулаке, Фредерик датский сидел тише воды-ниже травы. Еще один «игрок» на «ломберном столе» истории – английская королева Анна – также получила желаемое: паритет шведского короля с Австрией позволял последней исправно, не заботясь о тылах, биться с Францией – ведь на западе Европы шла другая большая война (за Испанское наследство). Одному, без австрийцев, Альбиону пришлось бы не сладко. А второго такого непоседу всеевропейского масштаба, равного Луи XIV, «королю Солнцу», Западу было попросту «не переварить» … Поэтому Карла было выгодно «сплавить» на восток: пусть умерит аппетиты царя варваров-московитов Петра, заодно и внимание свое от дел к западу от Речи притупит…

Было у Карла XII еще одно стремление, понемногу превращающееся в обуревающую страсть. Король очень хотел остаться в памяти истории, затмить своего предка, героя Тридцатилетней войны, непобедимого шведского короля Густава-Адольфа. Хотя к 1708 году молодого человека уже и так вовсю сравнивали с этим гением войны, а также с самим Александром Великим, а новоявленному викингу XVIII века было этого мало. И вправду, как успокоиться, если параллельно с ним жил виртуоз тактики того времени – принц Евгений Савойский, первый меч Австрии? Более того, в 1707 году в Альтранштадте Карл повидался с еще одним претендентом на звание аса битв №1 Европы – с самим герцогом Мальборо, уже не раз бившем французов и баварцев во время войны за Испанское наследство… А первым, как известно, должен быть только один… Вот Карл XII, свято веривший в свою звезду, и ринулся на восток, чтобы затмить деяния соперников по бранному делу своей славой. В этом вопросе Карла раздражала еще одна мысль: русские продолжали воевать – и одерживали победы (Эрестфер, Нотебург) против его генералов. А главный полководец России – царь Петр I – не был повержен королем лично. После разгрома под Нарвой русские не были в глазах Карла стоящими противниками, и в таланты русского царя король не верил. Тем лучше: прикажу притащить своим бравым гвардейцам этого повелителя варваров в личный шатер – такой победы Мальборо с Евгением в помине не видать! А потом посажу по клочкам Руси новоявленных «лещинских» (благо, польский опыт не забыт) – и тогда можно будет разобраться с полководцами России на севере, отобрать завоеванное ими за время его разборок с Речью Посполитой! То, что русский царь считался для первого среди шведов лишь варваром, доказывает хотя бы изображение на медали в честь победы при Нарве: московитский тиран (который в том бою и близко не участвовал) бежит, роняя на землю с головы… меховую калмыцкую шапку. В письмах все той же английской королеве Анне Карл обнаруживает эту мысль следующими словами: мол, нечего переговариваться долго, «потому что это снова даст московитам возможность ускользнуть... хотя я имею право их требовать, и вопреки надежде, которую мне подали, отдать их в мои руки'. Смысл этих строк прост: русские по жизни вообще никогда не отступают (то есть,  не делают тактический маневр) – они именно ускользают в соответствии со своими грязно-трусливыми скифскими привычками. Примерно такие же мысли 100 лет спустя будут в голове еще одного противника России – Наполеона. Мы все прекрасно помним, чем закончились для французского императора скифские привычки образца 1812 года. Самоуверенность монархов Запада поразительна: один не научился на примере второго абсолютно ничему.

А как же Речь Посполитая? Ей-то что от успехов-неуспехов Карла? Конечно, нужно признать, что победа Карла наверняка предопределила бы судьбу Речи. Ослабление Руси, бесспорно, пошло бы ей на пользу, но как надолго?  Еще в XVII веке шведы, устраивая знаменитый «Потоп» в крови для Речи, пытались подчинить страну себе. Неужели можно было бы надеяться, что Лещинского (пускай и подавив противную ему шляхту Сандомирской конфедерации) Карл оставил бы на троне в качестве полномочного властителя? Только при помощи шведских штыков, как в случае с Августом II Сильным, который держался не без помощи штыков русских. Увы, но уже в то время Речь Посполитая понемногу теряла политический контроль над своей судьбой, и победа Швеции или России для страны значила бы небольшую разницу (пускай и с приобретением Ливонии, ради чего с польской стороны и была затеяна война). Голова Речи все равно склонилось бы на плечо более сильного соседа: северного или восточного.

Однозначным проигрышем для страны было то, что она безропотно согласилась (а куда ж деваться?) пропустить через себя полки шведов: почти год боев на территории Беларуси дополнительно ослабили страну, уже и без того потерпевшую от предыдущих боев поляков-саксонцев и шведов, а также русских против шведов (Клиссов, Калиш, Фрауштадт) на землях этнической Польши. Белорусский народ вынужден был страдать, как это не раз случалось и раньше, но, неожиданно для себя, сделал вклад в разгром Карла, стихийно партизаня и служа в армии Петра в роли проводников-добровольцев.

Использованные источники

Фрагмент картины "портрет Карла XII", Давид Крафт

3D ЭКСКУРСИИ
КЛИПЫ
СОЦИАЛЬНАЯ РЕКЛАМА
Видеопрезентация
МНЕНИЕ
ВОПРОС-ОТВЕТ