СТИХИ ИЗ ПЕСКА
Погода
1.8°C
Ветер 3 м/с, С-З
Брест
0.1°C
Снег
Витебск




ИСТОРИЯ В КАРТИНАХ
РУССКИЙ ЯЗЫК НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ
Сейчас смотрят
Надоело ежедневно вырисовывать брови? Хотите кардинально изменить форму? Подумываете о перманентном макияже? Вот основное, что вам необходимо знать.
Перманентный макияж бровей
Березинский биосферный заповедник — старейшая и единственная в Республике Беларусь охраняемая природная территория самого высокого ранга. Это настоящий эталон естественной природы, один из немногих сохранившихся в первозданном виде уголков европейской части южной тайги.
Березинскому заповеднику — 90 лет
Подадим на стол вкусное лохматое печенье! Секретами его приготовления делится актриса Алеся Пуховая.
Лохматое печенье
Существует огромное количество рецептов сушек: с корицей, маком. Некоторые варианты не обходятся без сладкого изюма, кунжута и даже лука. Наш репортаж — прямо с завода!
Как делают сушки?
Общее руководство системой жилищно-эксплуатационных организаций и создание необходимых условий для их эффективной работы осуществляет Министерство жилищно-коммунального хозяйства Республики Беларусь.
Жилищно-эксплуатационные организации: основы правового статуса
«Посланник и верующие уверовали в то, что ниспослано ему от Господа. Все они уверовали в Аллаха, Его ангелов, Его Писания и Его посланников».
Особенности ангелов
Программа ТВ

Последний матч

Последний матч

'Не спрашивая его согласия, Чергинца в принудительном порядке зачислили в команду «Беларусь» и отправили на игры в Китай».

В Кишинев Чергинец вернулся уже с молодой женой. В 1959-м Нина родила мальчика. Товарищи по команде судачили между собой, что сын совершенно не похож на Чергинца. От таких разговоров у Николая в глазах темнело. Да еще и характер у Нина менялся не в лучшую сторону – безответная любовь сменилась безоглядной ревностью. Куда бы ни выезжал Чергинец с командой на игры, повсюду его догоняли письма жены, которая обвиняла его в мнимой неверности и намекала, что сама тоже время не теряет. Тренер строго-настрого запретил Чергинцу читать письма жены перед матчем – играл он после них из рук вон плохо. Случалось, не мог загнать мяч в ворота, оставаясь один на один с вратарем.

Дела у него в «Молдове» шли все хуже и хуже. Из-за его промахов вся команда лишалась солидных премиальных. Да и скучать начал по дому, по родному городу. Тут уж совсем кстати последовало приглашение играть в команде «Урожай», которую как раз создавали в Минске. Но и в «Молдове» не собирались отказываться от перспективного игрока. Понимая, что никто не даст ему разрешения на переход в «Урожай», Чергинец укатил в Минск и послал в Кишинев по почте заявление об уходе из «Молдовы». Взбешенное руководство «Молдовы» ответило категорическим отказом и пожаловалось в Спортивно-техническую комиссию Федерации футбола СССР.

Вопрос о Чергнице рассматривался на заседании грозной СТК в Москве, в Доме профсоюзов. Прибывший туда на слушания своего дела Чергинец поначалу сильно приуныл. Выступавший руководитель «Молдовы» почти уже убедил присутствующих, что переход ведущего игрока команды класса «А» в низшую лигу умалит уровень высшей и чуть ли не подорвет престиж всего советского футбола. Но внезапно слово взял седовласый ветеран с орденскими планками на пиджаке, фамилию которого растерявшийся Чергинец постеснялся спросить.

– Этот молодой человек родился в Минске, – сказал ветеран, указывая на Чергинца. – В Минске живут его мать, безногий отец, сестры и братья. Он к ним хочет вернуться. Ну, неужели мы ему судьбу коверкать станем? В нем голос крови, голос Родины заговорил. Нет ничего более святого, чем эти чувства!

Такой аргумент грозная СТК оспорить не могла. Члены комиссии единогласно разрешили Чергинцу перейти в «Урожай». Счастливый Николай поспешил на вокзале. И уже по дороге в Минск хлопнул себя по лбу: «Ветеран мне так помог! А я забыл его поблагодарить!.. А насчет голоса крови, голоса Родины он верно сказал…». С годами этот голос будет звучать все сильнее в сердце Чергинца.

Команда «Урожай» находилась в ведении Министерства сельского хозяйства БССР. Приглашая Чергинца, министр сельского хозяйства Мацкевич обещал ему квартиру, даже адрес назвал – в доме на углу улиц Берсона и Мясникова. По приезде Чергинца в Минск ему действительно выдали ордер. Вот только жилье оказалась уже занятым. Один из работников министерства, имевший жену и трех детей, отчаялся получить жилплощадь законным путем и самовольно захватил квартиру, предназначенную Чергинцу. Тот отправился на прием к министру: мол, что за дела творятся?

Министр ободряюще похлопал Чергинца по плечу:

– Ты, Коля, не беспокойся. Играй спокойно да голов побольше забивай. А этого наглеца мы через суд в два счета выселим.

Поразмыслив, Чергинец решил, что все-таки человека выгонять из квартиры не стоит – как-никак у него на руках трое детишек.

За свое великодушие заплатил тем, что получил лишь комнату в коммунальной квартире на улице Республиканской. Для самолюбия его жены Нины, успевшей в Кишиневе привыкнуть к просторному жилью, это стало чувствительным ударом. От ее изматывающих душу претензий Николай спасался на тренировках, в частых разъездах и на сборах.

В самой же команде «Урожай» дела складывались очень даже неплохо. Тренер Бреган умудрился создать в коллективе почти семейную атмосферу. Игроки встречались не только на тренировках, но и проводили вместе свободное время, отмечали праздники и дни рождения. На поле играли слаженно, вставали друг за друга горой. У Чергинца особенно удачно шла игра в паре с Яковом Рудеманом. Тот был игроком немного медлительным и не отличался выдающимися физическими данными, зато проявил себя превосходным стратегом. Вдвоем они неизменно запутывали оборону противника, сменяя один одного на флангах. Затем следовало несколько острых передач, прострел – и вратарь соперников извлекал мяч из сетки собственных ворот.

Присмотревшись к носившемуся по полю, как ураган, Чергинцу, спортивное руководство Белоруссии решило, что такому шустрому и техничному игроку нечего делать в команде класса «Б». Не спрашивая его согласия, Чергинца в принудительном порядке зачислили в команду «Беларусь» и отправили на игры в Китай.

Пекин буквально оглушил белорусских спортсменов. У гостиницы, в которой они жили, почти постоянно топтались многотысячные толпы болельщиков. Гигантский стадион был до отказа заполнен людьми.

Китайские игроки, как и прежде, оказались не особо искусными в тонкостях футбольного мастерства. Зато виртуозно и незаметно для судей калечили соперников – ни трещины, ни перелома, ни растяжения, а ступить на ногу невозможно. Чергинец и сам не заметил, кто и когда стукнул его сзади по ноге. Но внезапно страшная боль пронзила тело, и он, не попав по мячу, рухнул на траву, трепыхаясь, как подбитая птица.

Размышляя о случившемся по дороге домой, Чергинец подумал, что так и до костылей доиграться недолго. А куда ему податься, если из-за травмы не сможет играть в профессиональном футболе? Расставаться же со спортом совсем не хотелось. Поэтому Чергинец решил со временем со временем выйти на поле в качестве тренера или судьи.

После возвращения в Минск Николай Чергинец поступил на вечернее отделение Высшей школы футбольных тренеров.

Теперь он с утра посвящал себя двухчасовой разминке на стадионе «Динамо», после обеда – изматывающей тренировке, а к 6 часам вечера ехал на занятия в Минский институт физкультуры на площади Якуба Коласа. Лекции, на которых едва не засыпал от усталости, длились до 23 часов. Чергинец возвращался домой ближе к полуночи с мыслями о том, что прошел еще один прекрасный, но изнуряющий день.

Едва Чергинец окончил Высшую школу тренеров, как его призвали в ряды Советской армии. Здесь он играл в составе команды «Спортивный клуб армии – СКА-Минск'…

Чергинцу шел двадцать седьмой год, когда он демобилизовался и понял, что пора ему заканчивать с футболом. Сказывались и прежние травмы, и сильнейшая усталость. Несмотря на то, что он с отличием окончил Высшую школу тренеров, ему не спешили предлагать вакансии тренера или судьи. Еще и «доброжелатели» все чаще сообщали, будто, пока он мотается по играм да сборам, его жена Нина дома не сидит. Мол, видели ее то на танцплощадке в парке Челюскинцев, то прогуливающуюся под ручку с каким-то кавалером. За такие предупреждения Чергинец мог и по физиономии съездить. Но все-таки смутное беспокойство его грызло.

Выход виделся ему в том, чтобы поскорее остепениться, перейти с кочевого образа жизни на оседлый, работать по хорошей специальности и чаще проводить время дома. Тогда, полагал, и жена перестанет маяться скукой да пилить его почем зря.

Поразмышляв на эту тему некоторое время, Чергинец с удивлением заметил, что мысль об уходе с футбольного поля не вызывает у него никакого внутреннего протеста. Это означало одно: пора и впрямь прекращать гонять мяч!

3D ЭКСКУРСИИ
КЛИПЫ
СОЦИАЛЬНАЯ РЕКЛАМА
Видеопрезентация
МНЕНИЕ
ВОПРОС-ОТВЕТ